lycoperdon (lycoperdon) wrote,
lycoperdon
lycoperdon

Павел Дрёмов (Батя) - 07.09.2014 - "Я так понимаю – добро должно быть безвозмездно. То есть дар

Оригинал взят у hippy_end в Павел Дрёмов (Батя) - 07.09.2014 - "Я так понимаю – добро должно быть безвозмездно. То есть даром"
Видео взято с американского ресурса Youtube и соответственно признано отвечающим общепринятым международным нормам информации, разрешенной к распространению

Пока в событиях затишье, есть возможность поставить прошедшие мимо журнала очень интересные и примечательные видео. Вот большое интервью командира ополчения Стаханова Павла Дрёмова (Бати) – о Минском протоколе и о ситуации – опубликовано 7 сентября 2014 года – очень рекомендую посмотреть, послушать или прочесть его внимательно, особенно в конце



«По военной ситуации. Вы знаете, сегодня Порошенко объявил о перемирии. Лично я и всё наше подразделение пережили три перемирия. После каждого перемирия нам становилось намного хуже. Потому что эти перемирия несли за собой одну цель. Накапливание сил и очередной удар. Вы понимаете, эта война породила очень много недоверия. Потому что под словом «перемирие» подразумевается запрет движения военных колонн. Но уже сегодня при объявлении перемирия с завтрашнего дня они подтягивают в Артемовск всё более новые силы и более средства.

Еще один вопрос к Укрзалезнице. Пусть не афиширует, пожалуйста, маркировку вагонов, мы можем перечислить их номера. Зашедших с Польши под маркировкой уголь на платформах, на которых были закреплены танки и закрыты чехлами. Уголь так не заходит. Назовите вещи своими именами. Что вы затягиваете сюда технику Варшавского договора. Один вопрос: почему это уголь? Когда у нас танки стали углем? Это первое.

Второе по поводу перемирия. Вы знаете, украинская власть перемирие объявляет тогда, когда понимает, что счас ополченцы перейдут в наступление и сделают всё, что они захотят. Почему, когда мы в Первомайку не могли довезти хлеба и воды – вы расстреливали мост, чтобы мы этого не довезли, – ни о каком перемирии и речи не было? Когда сейчас мы даже силами четырех человек восстановили энергоснабжение, водоснабжение… Четыре человека просто нам помогало. Добровольцев. Людей, преданных своему делу... Почему сейчас вы объявляете перемирие?

Да, нам очень хочется мира. Каждому из нас очень хочется мира. Мы не хотим войны. Но, опять-таки мы боимся наступить на одни и те же грабли. Мы поверим вашим лживым словам о мире, а вы подпишете договор с НАТО и сюда придут войска НАТО. Это не совсем мир. Это обман. Вы знаете, даже в Уставе ООН написано право волеизъявления любого народа. В мае месяце мы провели свой референдум, да? Все помнят это, да? И все видели, какая была явка, какие были очереди. Мы были этому очевидцами. Украинская власть сказала, что это делалось под дулами автоматов.

Сейчас они пытаются провести выборы в парламент Украины. Ну, наверно не под дулами автомата, нет. У них есть свои ЧВК и всё остальное. Не могу я этого понять. Скажу одно. Если вы боретесь с российскими террористами, на каком основании… Террористы террористами. Пусть я – российский террорист. Вот он российский террорист. Мои товарищи – российские террористы. Но остальное население? Вы не поставляете сюда медикаменты. Вы не выплачиваете бюджетникам заработную плату.

Да, Украина может заявить: а за что им выплачивать? Не за что. Бюджетникам выплачивать не за что. Когда разбомбили войска АТО последнюю сетку энергоснабжения и стал Алчевский медкомбинат, начальник РЭСа пришел в горисполком города Стаханова и сказал: давайте сделаем, есть возможность. Ему сказали: мы неможем это делать, потому что нас объявят в связи с террористами. Террористы вместо этого выставили боевое охранение. Прикрывали трехкилометровую зону, чтобы запустить свет и вернуть в города свет.

Вы знаете, очень странно, когда сидит целый горисполком, выдает странные указы, но ничего не делает для города. Это очень странно. И в этом есть вся украинская власть. Вы знаете, каждый трусится за себя. Мы хотим, чтобы в этой стране, в нашей стране, в ЛНР, в ДНР, в Новороссии был порядок. Чтобы всё было одинаково для всех. Как для министра, так и для рабочего, для забойщика, для закройщика… Для кого угодно. Но всё должно быть одина-ко-во. Не будет: у меня дороже машина, я ездию как хочу. У меня начальник ГАИ: я ездию как хочу. Этого не будет. Мы привыкли всё покупать и продавать. У нас этого не будет.

А по военному положению скажу следующее. Обращаюсь лично к Петру Порошенко. Если вы не уйдете за границы Луганской, Донецкой области, никакого перемирия не бу-дет. Всё.

Понимаете, вот на данный момент нас 470 человек в этом регионе. Это казачья национальная гвардия. Мы уже взвалили на себя всё, что могли и не могли. И этого мальчика, и его маму вывозили из-под этого обстрела, и дедушку этого мы забирали. И вы понимаете, в чем парадокс ситуации – мы пытаемся им помочь, а украинская власть пытается этому помешать. Мы пытаемся договориться за вывоз его в Россию. А они тут же звонят ей на телефон и говорят, что это будет незаконно, и вы потом не вернетесь. Это бред. Бред по одной простой причине. Как вы можете помешать матери восстановить здоровье ребенка, сына своего? Как вы можете это сделать?

По поводу дедушки и всего остального. Ну, я вам вот что скажу. Кого украинская власть похоронила в городе Первомайске? Я хочу передать большой привет Сергею Бабию. Это мэр города Первомайска. Который сделал себе дешевый пиар на Украине за счет нас. Мы согласились на вывоз беженцев в Харьков. Мы дали разрешение, чтобы их никто не трогал, потому что это гуманитарный коридор, мы всё понимаем. И в то же время, когда мы везли этих людей из Первомайска через Петровское, по нам украинские танки открыли огонь.

Я хочу сказать Бабию большой-большой привет. И объяснить маленькую вещь украинцам, за что они борются. Мэр Первомайки Бабий выращивал мак промышленными масштабами. Якобы для медицинских целей. Все в регионе знают, что он и господин Ака, есть такой горский житель, это два самых больших наркобарона в Украине. И украинской власти они очень выгодны.Вот за что вы боретесь. За узурпаторов. За наркобаронов. За дельцов и барыг.

Ваши дети лучшей живут? Посмотрите, на чем ездят солдаты ваши, вашей украинской армии, придя домой инвалидами. И на чем ездят сынки депутатов. Где дети Турчинова? Где, блять, дочка Тимошенко? Она на фронте медсестрой работает или в Англии живет? Это ваше право. Пусть сюда они приходят. Мы их встретим. Мы очень рады будем их встретить. И я вам обещаю: следующее 9 мая мы проведем в городе Киеве. Мы, а не вы. Мы проведем 9 мая в Киеве.

Еще одно, смотрите. Когда вас вывели на майдан, вы все стояли за социальную справедливость. Вы ее получили? А у нас здесь есть социальная справедливость. Даже во время войны. Мы сами, я уже об этом говорил, мы сами печем хлеб, сами Мы сами привозим воду. Но у нас делится одинаково. Как для меня, так и для простого солдата или для простого мирного жителя. У нас нет разницы. У нас все одинаковые. Иначе не стоило это всё затевать. Всё»

Вопрос: «Еще последний вопрос по поводу гуманитарной поступившей помощи пострадавшим»

«Смотрите, у нас есть наших два наших народных депутата ЛНР, которые очень сильно постарались для того, чтобы ее сюда привезти. Но, когда они начали ее сюда везти, мы были в полном окружении. И она, эта гуманитарная помощь, сюда заходила с боями. Вот мы реально двое суток дрались за нее, чтобы ее сюда завезти. Мы ее завели. Т.к. они сами из города Стаханова, она была выписано на город Стаханов. Но когда я свозил этих двух депутатов в город Первомайку, было принято решение, что 6 тысяч пакетов… Там 10 тысяч пакетов, потому делится всё очень просто. На 10 тысяч человек была рассчитана эта гуманитарная помощь. Было принято решение, что 6 тысяч из 10-ти мы отдадим на город Первомайск.

В Первомайке реально очень страшно жить. Почему? Потому что знаете, я видел в своей жизни много. Вчера с Евгением Борщевским… Просто это была наша личная инициатива, мы с ним встретились у своей знакомой, большое ей спасибо…. Человек торгует на рынке чебуреками в городе Стаханове. Мы заехали купить два чебурека. Она сказала: ребята, я знаю, что вы оба в Первомайке, мы с дочкой напекем сами из своей муки, из своего… сами пирожков напекем, отвезите, раздайте людям…

И вот  когда мы раздавали эти пирожки, извините, двести штук, и когда люди в бомбоубежище этому радовались так, ну, как, наверное, в Киеве не радуются новой машине… – в кадре люди с коробками заходят в здание, дети с пирожками в руках, женщины… – Становится вопрос: а имеем ли мы право поступить по-другому? Нет, не имеем. Мы должны отдать тем, кто нуждается больше нас, – в кадре: в здании продолжается раздача пирогов. – Они реально нуждаются больше нас. Город разбит. Взять им этого негде. Купить им этого негде.

Мы очень часто пресекаем там попытки заехать каким-то там автолавкам и продать гречку там по 28 гривень, когда тут ни пенсии, ни зарплат. Или сигареты по 22 гривны. Этого тоже не будет. Мы будем это пресекать. По одной простой причине. Нельзя наживаться на горе другого человека. Это неправильно. Если у вас нет морально-этических норм – для себя лично, не для кого-то, не для меня, – для себя лично. Относитесь к людям так, как хотите, чтобы относились к вам. Вот и всё.

Если украинская армия вчера по нам стреляла Градами. По заводу Карла Маркса, где находится бомбоубежище. Они вели огонь Градами, – в кадре демонстрируют корпус ракеты, разрушения. – Как я должен относиться к украинской армии, объясните мне, пожалуйста.

То же самое: гуманитарная помощь, что пришла, счас фасуется. Всё это будет снято на видеокамеру. Под списки. Мы всё раздадим. Весь мир это увидит. Себе мы не оставим ни грамма, ни крошки. Нам чужого не надо. Мы хотим, чтобы простым людям стало проще жить. Каждый из них достоин наверное большего, чем любой наш солдат. Женщины, дети, бабушки, что там остались. Они выстояли такое, что, ну, наверно редко кто из вас даже в кино видел. И им за это вот земной поклон.

ОБСЕ до сих пор не увидело нарушения прав человека в Донецкой и Луганской области. До сих пор они их не увидели. Не, ну, у нас всё правильно. Право человека быть разбомбленным – оно существует в ОБСЕ и они нам его предоставляют. Большое им спасибо. Красный Крест – ну что, он сопроводил эту гуманитарную помощь, он ее не предоставил. Он ее сопроводил.

А что случилось с Красным Крестом? Может, это полукоммерческая организация, которая выполняет какие-то свои цели? Просто вот возникает вопрос: а что сделал Красный Крест для этого региона? Ничего. Красный Крест просто не видел, когда ни криницах дрались люди за то, чтобы быстрей набрать воды. Пока мы не отремонтировали этот водовод своими силами. У меня возникает вопрос: что для этих людей – простых людей – сделал Красный крест? Ни-че-го!

Вы знаете, средства массовой информации в последнее время очень любят там париться. Кого-то там из нас распиаривают. Кого-то из них. Вы знаете, я вам скажу, что любого человека должны судить по поступкам. И организации тоже нужно судить по поступкам. Оцените реально, что они сделали, реальные действия, и чего они абсолютно никогда не делали. Вот и всё. Всё очень просто.

Вы знаете, скажу больше. Я очень благодарен людям, которые нам помогают. Очень. В частности, буквально вчера от КПРФ, Коммунистической партии Российской Федерации нам пришла гуманитарная помощь. Большое им за это спасибо. Но в то же время – я не буду называть организацию, от которой пришло 100 килограмм гречки, – они нам сказали: пока вы не снимете видеоролик, вы эту гречку съесть не можете. Мы ее есть не будем. Мы ее хотели людям раздать. Но если вы это делаете для того, чтобы вам кто-то в камеру сказал большое спасибо, не надо нам этой гуманитарной помощи.

Я так понимаю – добро должно быть безвозмездно. То есть даром. А если вам нужен дешевый пиар, обратитесь к другим. Мы пиарить никого не будем.

Многие у нас спрашивают: почему вы не снимаете ролики, как Алексей Мозговой? Я вам объясню. Я Алексея Борисовича знаю лично, он – меня. Я с ним разговариваю так, как с Андреем, – указывает рукой на репортера, – каждый день, в этом ничего страшного нет. Но я вам честно скажу: в боевых условиях снимать ничего не получается. Там ты чё-то не об этом думаешь. Вот мы сегодня вернулись в семь утра. Ты там думаешь, чтоб, извините за банальность, твоя шкура не пострадала, а не камеру на себе носить.

Если снимать кино для телеканалов – мы не собираемся. Есть наши результаты. Хотите – посмотрите. Посмотрите. Там в российских, украинских новостях город Первомайск освобождали три раза. Его ни разу не заняли украинцы. Как мы там стали, его не от чего было освобождать. Там стояли мы. Вот и весь ответ.

Пиар, конечно, дело хорошее. Но не во время войны. Кто-то хочет заработать себе политических дивидендов – пожалуйста. Только делайте это не на человеческих жизнях»


Может быть, кто-то из вас помнит - когда-то я обращался иногда ко многим из вас лично с просьбой, если это возможно, перепостить в ваш журнал тот или иной материал. Сейчас у меня, увы, нет возможности обратиться к вам - лично к каждому. Поэтому обращаюсь к вам здесь, в конце поста, как еси бы делал это лично

Павел Дрёмов редко выступает публично. Это всего второе видео с ним в этом журнале. А между тем он кажется мне человеком, достойным широкого внимания

Поэтому большая просьба:к Вам, читатель: пожалуйста, помогите распространить это видео в сети. Если это возможно для Вас, разместите этот пост в Вашем журнале или хотя бы дайте на него ссылку.






Tags: донбасс
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments